Власти, испуганные его популярностью и влиянием, не раз пытались сломить его дух, устраивая показательные гонения. Но самым болезненным было предательство друзей, тех, кому он доверял больше всего, и чьи удары были самыми неожиданными и разрушительными.

Через все эти жизненные штормы он проходил, черпая силы из двух неиссякаемых источников. Первым была непоколебимая преданность его болельщиков. Их рев на стадионах, их баннеры и песни, их слезы радости и горечи — всё это давало ему ощущение, что он не одинок. Эта любовь, не требующая ничего взамен, была для него мощным щитом от нападок и утешением в минуты отчаяния. Он чувствовал их поддержку, даже когда весь мир, казалось, отворачивался от него, и это вдохновляло его вновь и вновь выходить на поле.

Вторым, и, пожалуй, самым главным двигателем была его бесконечная, всепоглощающая любовь к футболу. К зелёному газону, к мячу, к магии игры, где он мог быть самим собой. Футбол был его убежищем, его страстью, его смыслом.